Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
 
Жил я тогда в Германии, на окраине крохотного города Кёнигсбрюка.
Недалеко от нашего огороженным бетонными плитами военного городка, было озеро с громким названием Дружба. Когда-то на его месте было родниковое болотце с вытекающим из него ручьём, но годах в шестидесятых туда нагнали наших солдат, вырыли что-то вроде неглубокого карьера, потом огородили земляной дамбой, и сфотографировавшись на неё с каким-то немцем отчитались об 'успехах в деле укрепления дружбы между братскими народами посредством ландшафта и рыбалки'. Немцы его пару раз зарыбляли, но потом бросили это безнадёжное дело и постепенно ушли оттуда. И в моё время они там вообще уже не появлялись и Дружба была целиком 'нашей'.
Это озерцо было чем-то похоже на шляпу в профиль - 'поля' метров двести и округлая 'вершина' метров в сто. Вот в этой 'вершине' я всегда и рыбачил. Видимо до запруживания здесь и было само болотце, так как из воды торчал целый лес коряг, кустов и мёртвых деревьев, располагавшихся как бы таким полукругом вокруг некого гипотетического центра. Да и берега 'вершинки' были не особо привлекательными - топкие, захламлённые, и поэтому сюда редко кто наведывался, все предпочитали ловить с насыпи на донки с кормушкой. Брал в основном некрупный карп. Но у меня тогда донки не было и поэтому я таскал плотву и подлещиков в этой тихой, спокойной 'вершинке'. Обрывы были почти на каждой рыбалке, но клёв там был хороший, и он стоил и мокрых ног и пары потерянных крючков.
Метрах в двадцати от моей 'засидки', прямо посреди мощного коряжника, из воды торчали стволы сразу несколько деревьев, между которыми был сделан какой-то странный дощатый настил - такой же дряхлый и мёртвый как и сами деревья. Но он меня манил как магнит, ведь время от времени рядом с ним раздавались та-ки-е всплески, что аж дух захватывало. И вот однажды я таки не выдержал, свернул свой старенький 'телескопчик', разделся, спрятал одежду в кустах, вошёл в воду и потихоньку поплыл к этому странному месту. Ну, правда не столько поплыл, сколько поскользил среди этих страшноватых, осклизлых коряжин, от которых пахло болотом и чем-то ещё столь же 'приятным'. Доплыл до настила, осторожно выбрался на него и огляделся. Кругом деревянный 'тростник' и похоже что ловить здесь можно было только в том прогале по которому я только что приплыл. Развернул удочку, насадил комочек размятых в воде сухарей, забросил и замер в предвкушении поимки ги-гант-ской, может быть даже - Килограммовой рыбины. И прямо в это мгновение, поплавок ещё даже не успел как следует встать - я и увидел Её:.
Она спокойно проплыла между мной и поплавком, по-моему даже нарочно задев леску:. Отплыла на пару метров вглубь коряг, постояла, мерно помахивая грудными плавниками, и так же спокойно двинула куда-то влево, к торчащему из воды ивовому кусту:. Я посмотрел на этот куст и остолбенел - вокруг него грелась на солнце целая с-т-а-я огромных карпов - вплоть до пятикилограммовых, но и они были по сравнению с Ней чуть ли не мальками!... Она важно подплыла к этим 'малькам' и сделала что-то вроде полукруга почёта. Они её почему-то не испугались и не бросились наутёк, а с достоинством отступили поглубже в коряги. Она немного постояла, потом развернулась мордой в мою сторону, и, клянусь всеми богами на свете - ПОСМОТРЕЛА НА МЕНЯ. Потом, как-то озорно сверкнув бочиной, растворилась в мутноватой воде:.
Я смотал сразу показавшуюся мне игрушечной удочки с её игрушечной ноль-второй леской. Посидел, покидал сухарями в карпов, и уплыл на берег.
На следующий день я вернулся на этот настил. В руках у меня была самая совершенная 'супер-снасть' которую я только смог придумать - моток ноль-пятой лески с огромным тройником на конце. И пакет хлеба.
Я разбросал хлеб вокруг куста, наживил свой 'багор', и принялся ждать Рыбу. Я почему-то точно знал что Она приплывёт, и Она: При-плы-ла. Откуда-то из-за куста. Остановилась и начала мерно махать плавниками:.
Я лихорадочно размотал 'удочку', а потом попытался её забросить. Не тут-то было! Леска от долгого лежания на катушке превратилась в одну сплошную пружину, для которой этот тройник, даже с куском хлеба на конце, был невероятно лёгок. 'Удочка' забрасывалась от силы на два метра, да и то потом сворачивалась кольцами около самого настила. Наконец случилось то, что и должно было - я зацепил тройник об дерево, потом начал дёргать и психовать, чуть не свалился с мостка на торчащие коряжины, потом кое-как выломал тройник вместе с куском трухлявой древесины и наконец вспомнил про Рыбу - Её уже не было.
Настроение у меня сразу пропало, я вернулся на берег и ушёл домой. Больше на тот настил я никогда не плавал, но сидя в своей 'засидке', и видя крутую волну около того куста, я точно знал что это - Она. И что Она обо мне - помнит. И может даже издали наблюдает за мной. А может и не издали, а подплывая совсем-совсем близко.
Разумеется, я никому ничего не сказал о Рыбе. Во-первых, никто бы просто не поверил, так как самой большой пойманной на моей памяти здесь рыбой был карп килограмма на три, да и он стал местной притчей во языцех как 'самый большой малёк этой лужи'. Это во-первых. А во-вторых - если бы поверили то было бы ещё печальнее - наши 'страстные и настоящие рыбаки' просто переглушили бы тогда всю Дружбу к чёртовой матери. Ведь достать что-нибудь взрывчатое даже для нас, пацанов, не представляло никакого труда, а доказательством того, что 'наши' поступили бы именно так, были мёртвые прудики и озёрки которых в округе было довольно много. Особенно ближе к полигону.
Вот такая вот история, но, к сожалению, не вся.
Как-то осенью мы с одноклассниками сбежали с уроков и пошли на Дружбу. Загорали, играли в карты, попивали втихаря пивко. Наконец решили искупаться. Купались мы в дальнем 'поле' этой 'шляпы'. Там было довольно мелко, но дно было чистым и можно было даже понырять. Я нырнул и сразу же столкнулся: с утопленником! Он был холодный, упругий, но, видимо, не очень большой, как ребёнок, ведь после нашего столкновения именно он отплыл от меня а не я от него. С воплями я выскочил на берег и начал всем доказывать что я не идиот, и что там действительно утопленник. Недалеко, у костра, отдыхали какие-то мужики. Они тоже прибежали на мой крик и тоже мне не поверили. Тогда я пересиливая страх зашёл в воду, там было примерно по грудь, и медленно-медленно, ощупывая перед собой ногами дно, пошёл в ту сторону куда отплыл покойник. Наконец я его нащупал и сразу же понял что это не ребёнок, ведь я явно наступил на 'его' хвост. Пинком я приподнял 'его' на поверхность и увидел: Её! Это была моя Рыба. В голове у неё зияла большая дыра. Я выволок её на берег и тут мужики начали весело материться и рассказывать про какого-то своего знакомого, который утром отдыхал у костра на их нынешнем месте, и который уходя клятвенно им божился что недавно шёл по этому дальнему, мелководному берегу и у самого уреза воды увидел огромную, торчащую горбом из воды, рыбу, но не растерялся и изо всех сил долбанул её по голове дубиной, после чего она конечно же уплыла. Ему тогда никто не поверил, и как теперь выяснилось - совершенно напрасно.
Мужики сказали что это скорее всего толстолобик килограмм на пятнадцать, и что он ещё даже съедобен, так как жабры красные и пахнет от него нормальной свежей рыбой. Угостив нас сигаретами они тактично высказали желание её забрать. Я был не против. Они её взяли и уволокли к своему костру - то ли и впрямь есть, а то ли просто попугать компанию. С Дружбы я ушёл совершенно убитый.
Я не знаю, что Её заставило выплыть на такое мелководье. Может быть Она и так уже умирала от старости, и просто искала меня - единственного человека во Вселенной знавшего о Ней - чтобы попрощаться. Чушь конечно, но мне очень нравится думать что всё было именно так.


 
Книги о рыбалке в электронной библиотеке :

Сабанеев - Рыбы России. Жизнь и ловля пресноводных рыб

Аксаков - Записки об ужении рыбы

Советы начинающему рыболову. Глядя на поплавок

Советы рыболова (как изготовить рыболовную снасть, о способах ловли рыбы на спиннинг и поплавочную удочку, выборе места ловли)